Накануне майских праздников Совет Федерации одобрил Закон «О внесении изменений в отдельные законодательные акты РФ» в связи с совершенствованием правового положения государственных (муниципальных) учреждений. Положения нового Закона касаются более чем 300 000 бюджетных организаций во всех уголках России. Большая часть из них – высшие учебные заведения, школы и больницы перестают быть некоммерческими и становятся «автономными». Последнее означает, что данной организации гарантируется «госзаказ» — бюджетное финансирование за выполнение работы в пределах государственного задания.
Если говорить не на чиновничьем, а на человеческом языке, автономный статус отличается от некоммерческого тем, что государство снимает с себя всякую ответственность за выживание бюджетной организации. «Отныне и присно», в случае недостаточности государственного финансирования, больницы и школы должны будут зарабатывать деньги сами. Конечно, чиновники преподносят нововведение как акт «высочайшей» заботы о врачах и учителях. Дескать, государство дает «не рыбу, но удочку» — Закон предоставляет возможность дополнительного заработка для далеко не самых обеспеченных категорий бюджетников.
На деле же, «благие намерения» лишь ширма, за которой скрыта масса негатива. По социальным последствиям новый Закон сравним разве что с монетизацией льгот. С той разницей, что он коснется не отдельных категорий граждан, а всех и каждого. Стоит напомнить, что «монетизация» тоже подавалась под видом заботы о бюджетниках и населении. На деле же ни один рядовой бюджетник не стал ни работать меньше, ни зарабатывать больше. Зато десятки миллионов россиян лишились реальных бесплатных услуг за чисто символическую компенсацию.
Что же скрывает грядущая «монетизация» бюджетных учреждений?
Во-первых, госзаказ – не закон о всеобщем среднем образовании или о бесплатной медицинской помощи. Изменение объемов госзаказа не надо проводить через Государственную Думу, через Совет Федерации, не надо утверждать подписью Президента России. Его можно провести одним росчерком пера чиновника.Например, вчера, согласно стандарту госзаказа, каждый «инфарктник» проходил бесплатную трехнедельную реабилитацию в условиях кардиологического санатория, сегодня он просто лежит дома. Вчера грипп лечили 10 календарных дней, сегодня – 3 дня и больной считается полностью трудоспособным. Вчера стандарт госзаказа предполагал бесплатное обучение в школе в течение 11 лет, сегодня – только 9 лет и т.д. Конечно, чиновники пытаются убедить нас, что ничего подобного не произойдет ни под каким видом. Но мы уже не раз испытали на себе цену их обещаний. Новый Закон ничего не гарантирует и делает нас ещё более беззащитными перед произволом чиновников.
Во-вторых, закон опять бьет по карману честных налогоплательщиков. Ведь человек, который исправно выплачивает все налоги, уже имеет право на бесплатное медицинское обслуживание, на бесплатное образование для детей, на бесплатную защиту вооруженными силами страны в случае военной агрессии и т.д., и т.п. В случае «монетизации» бюджетных учреждений людям придется платить второй раз за все, что они уже оплатили. Если, например, в ряде школ Москвы, Петербурга и др. крупных городов России сумма ежемесячных «целевых сборов» уже сейчас достигает 1000 руб. в месяц, нетрудно догадаться, что при автономном статусе она окажется вообще «неподъемной» для многих граждан. При этом рядовые учителя как и сейчас, не получат ничего или почти ничего.
В-третьих, как и всякая инициатива от чиновников, Закон расширяет поле для коррупции. Не трудно представить какая «возня» и «война кланов» начнется вот-вот вокруг «распределения и перераспределения» нового госзаказа объемом в триллионы рублей. Ведь всякое движение бюджетных денег в нашей стране сопровождается многократными «распилами» и «откатами». Новый закон стимулирует возникновение сотен тысяч коррупционных связок «райздравотдел–главврач» и «роно–директор школы», в которых руководителей бюджетных организаций будут принуждать красть и обналичивать государственные деньги, чтобы «занести» в кабинеты чиновников.
В-четвертых, те бюджетные организации, которые обслуживают недостаточное для «выживания» число граждан, неизбежно закроются. И, в первую очередь, это касается сельских больниц и школ. Ведь население российской глубинки уже давно разорено. Люди с трудом «тянут от получки до получки» и не могут позволить себе никаких платных услуг. «Монетизация» «автономных» учреждений бюджета на селе приведет к тому, что деревенские ученики будут как в сталинские годы добираться в школы за десятки километров. Больные будут заниматься самолечением и умирать дома, без медицинской помощи!
И это только те «камни», что лежат на поверхности, с которыми нам предстоит столкнуться со 100% вероятностью! Может быть еще и «в-пятых», и «в-шестых», и даже «в-десятых».
Надо ли говорить, что продвижение Закона через инстанции имело очень мало общего со смыслом слова «принят»? Как и все существенные инициативы последних лет, он был не «принят», а продавлен «массой» арифметического большинства партии власти и через профильные комитеты, и через Государственную Думу, и через Совет Федерации. Мнение оппозиции при этом игнорировалось даже на «совещательном» уровне. Закон был проведен именно в той редакции, в которой его подготовили чиновники. Ведь «де-факто», с 2008 года все политические решения федерального уровня принимаются в «политбюро» Единой России. Это ненормальная и опасная ситуация, сродни брежневскому «застою». Она уже «аукается» многочисленными интеллектуальными, социальными и экономическими «тупиками» в жизни нашей страны. Результат «волевого», а вернее волюнтаристского, законотворчества чиновников известен всем и каждому: «Хотели как лучше, получилось как всегда!»
В противном случае уже через одно поколение наши дети будут «благодарить» власть на «автономном» диалекте «русского» языка: «Спасиба за риформу абразаванья!» А стариками будут считаться те, кому в силу природного здоровья посчастливилось дожить до 50 лет. Ведь «монетизация совести» российских чиновников похоже перешла предел, за которым жизни и судьбы рядовых граждан России ничего не значат по сравнению с толщиной собственного кошелька.